Ребенок умер, потеря ребенка — истории горюющих

Ребенок и смерть родственников — Мир детей

Подробности Опубликовано 14 Апрель 2014

Ребёнок и смерть родственников

Как рассказать ребенку о смерти

Особенности переживания горя у детей

Это ужасное состояние, когда теряешь близкого человека. Взрослые люди с трудом его переживают, что тогда говорить о детях, которые лишаются родителей? Безусловно, для них это тяжело.

Многие взрослые убеждены, что ребенок не осознает утраты, продолжает вести себя так, как будто ничего не случилось.

Однако настораживать взрослых должна другая детская реакция, адекватная с точки зрения взрослых, а именно — слезы, ступор, отказ от пищи, сна, развлечений.

Психологические травмы, связанные с потерей близких, которые получены в детстве, способны оставить отпечаток на психике ребенка на всю жизнь.

Конечно, взрослые, находящиеся в этот момент рядом, также переживают утрату и в большинстве случаев просто не замечают ребенка, замыкаются на своем собственном горе.

А ведь даже самые маленькие дети нуждаются в эмоциональной поддержке, им необходимо обсудить свои эмоции, связанные со смертью близкого человека.

Легче всего утрату переживают дети, в семье которых взрослые поддерживают ребенка, обсуждают с ним случившуюся трагедию, не позволяют малышу уйти в себя со своим горем.

Нередки случаи, когда после смерти одного из родителей второй впадает в депрессию, начинает злоупотреблять алкоголем, опускается на самое дно, оставляя ребенка предоставленным самому себе, наедине со своей бедой.

Но ведь именно дети могут помочь пережить утрату любимого человека, ведь они его часть, его продолжение.

Рассмотрим, что же чувствуют дети, когда теряют близких людей.

Во-первых — страх. Он может выражаться в самых разных формах — от боязни темноты до ночных кошмаров. Дети могут бояться выходить из дома или вообще из своей комнаты, у них нарушаются внимание, память, они становятся рассеянными.

Очень часто родители после смерти родственника пытаются смягчить удар для ребенка и объясняют уход человека тем, что он заснул и больше никогда не проснется. Ребенка это пугает очень сильно.

Ему непонятно, как можно навсегда заснуть, поэтому он подсознательно начинает бояться закрывать глаза, чтобы не проспать кого-нибудь из родителей.

Во-вторых, дети испытывают враждебность и гнев. Они становятся очень раздражительными, упрямыми, отказываются разговаривать, часто становятся просто неуправляемыми.

В-третьих, дети начинают испытывать чувство вины за случившееся. Многие считают, что, например, бабушка умерла, потому что они ее не слушались. Иногда дети настолько верят в собственную вину, что перестают есть, спать, отказываются ходить в школу, постоянно думают о том. как им исправить свою вину, чтобы вернуть умершего человека.

В-четвертых, дети не меньше, чем взрослые, испытывают душевную боль. Эти муки и страдания могут переходить в физическую боль.

У ребенка может болеть голова, наблюдаются желудочно-кишечные расстройства, он может начать часто болеть простудными заболеваниями. И последнее. Стрессовая ситуация толкает ребенка на возвращение в раннее детство. Это явление называется регрессом.

Он может перестать разговаривать, начинает сосать большой палец, как младенец, часто появляется энурез.

Реакция ребенка на смерть родственников в зависимости от возраста

Горе — это не просто переживание потери близкого человека, но и процесс душевного исцеления. Ребенок не меньше взрослых переживает смерть, особенно если уходит из жизни его близкий человек. Нельзя оставлять ребенка наедине со своим горем, ему нужно объяснить, что произошло.

При этом важно, чтобы он правильно понял ваши объяснения, поэтому необходимо учитывать возрастные особенности. Ребенок должен понять, что грусть и слезы — это не проявление слабости, а вполне нормальная реакция на потерю любимого человека.

В зависимости от возраста дети по-разному воспринимают известие о смерти близкого человека.

Сказать, с какого возраста дети начинают горевать, очень сложно, но известны случаи, когда даже младенцы проявляли эмоции по поводу потери родителей. Они постоянно плакали, отказывались от еды, пытались нанести себе травмы.

Совсем маленькие дети дошкольного возраста воспринимают смерть, как обратимый процесс. Усиливает это восприятие информация, получаемая из мультфильмов, в которых герои почти всегда каким-то таинственным образом снова возвращаются после уничтожения.

Так же дети воспринимают и смерть в реальной жизни. Человека сейчас нет рядом, но он обязательно вскоре вернется.

Дети младшего дошкольного возраста пока не могут осознать, что представляет собой смерть, но они чувствуют отсутствие рядом любимого человека. Это заставляет их чувствовать себя брошенными, им грустно и обидно.

Иногда взрослые на вопросы ребенка о том, почему с ним рядом нет человека, куда он делся, рассказывают малышу про длительные командировки. Не стоит этого делать. Не нужно его обманывать. Рано или поздно вам все равно придется сказать ему правду, и это будет для него ударом.

Помимо того, что он узнает о смерти любимого человека, который никогда к нему не вернется, он поймет, что его долгое время обманывали близкие. Ребенку нужно сказать правду.

Пусть он ходит на кладбище, помогает ухаживать за могилкой родного человека, это позволит ему проявлять свою любовь к ушедшему человеку, поможет справиться с обидой, что малыша покинули.

Стоит обратить внимание на поведение и самочувствие ребенка. Если он часто жалуется на боли в животе, постоянно нервничает, хнычет по любому поводу, плохо спит, ночью у него случается недержание мочи, мучают кошмары, следует показать его врачу.

Это яркие симптомы того, что у ребенка тяжелая психологическая травма.

Осознание того, что смерть — это конец жизни и что все люди рано или поздно умирают, происходит в возрасте между пятью и девятью годами. Однако в этом возрасте смерть пока не воспринимается как личная.

Ребенок надеется, что ему удастся что-нибудь придумать, чтобы избежать смерти. В этом возрасте, как правило, происходит олицетворение смерти. Она воспринимается не как физиологический процесс, а как некий персонаж — скелет, старуха с косой или ангел смерти.

Многие дети начинают испытывать страх перед смертью, перед олицетворенной смертью. Они начинают бояться темноты, многих мучают ночные кошмары.

Осознание детьми того, что они тоже когда-нибудь умрут, появляется приблизительно в десятилетнем возрасте. Они уже могут осознать необратимость смерти, а также отнесенные к самому ребенку социальные последствия случившегося. После знакомства со смертью дети этого возраста становятся угрюмыми, импульсивными, замкнутыми в себе, в своем мире.

Для таких детей характерны демонстративные отказы ходить на могилу к близкому человеку, проявления пренебрежительного отношения к погребальным обрядам и ритуалам, а иногда и к памяти умершего человека. Ребенок отказывается говорить с близкими о случившемся, от помощи специалиста. Однако такое сопротивление необходимо как можно более мягко преодолеть.

Нельзя оставлять ребенка один на один с этим горем. Есть дети, которые начинают философски смотреть на понятия жизни и смерти, подростки очень часто пытаются найти смысл жизни. Иногда у подростков наблюдается рискованная форма поведения, выражающаяся как реакция на страх перед смертью.

Они пытаются заглянуть смерти в глаза, создавая ситуации на грани жизни и смерти, чтобы доказать себе, что они могут контролировать этот процесс и побороть свой страх.

Подростки старше 15 лет уже проявляют максимум понимания того, что произошло. Они способны оказать внимание и поддержку взрослым членам своей семьи, безотказно выполняя поручения и обязанности, связанные с похоронными ритуалами и церемониями.

Однако в этом возрасте в связи с осознанным понимаем происходящего подростки особо нуждаются в утешении и поддержке, просто в силу особенностей возраста ложная гордость мешает им в этом признаться. Процесс принятия случившегося как факта происходит постепенно. Чтобы справиться с горем, о событии необходимо говорить.

Как это ни кажется парадоксальным, но только проговорив вслух свои эмоции, обсудив с близкими произошедшее, человек может справиться со своим несчастьем.

Бывают случаи, когда дети уже в трехлетнем возрасте начинают задавать вопросы о смерти. Некоторые из них не связывают смерть с человеком, не воспринимают ее как конец, но при этом бурно реагируют на смерть любимого питомца. Некоторые дети вообще никогда не затрагивают тему смерти, не задают вопросов, но при этом данная тематика может присутствовать в игре.

Они разыгрывают различные сценки с игрушками, например, мальчики любят играть в солдатиков, которых убивают на войне. В таких играх могут затрагиваться моменты умирания игрушки, выражения чувств, испытываемых при этом, иногда проигрываются сцены церемонии похорон.

Детям дошкольного и младшего школьного возраста тяжело долго пребывать в состоянии страдания, поэтому у них довольно быстро развиваются позитивные мысли и приятные чувства. Дети не могут, как взрослые, горевать длительное время. Но нельзя говорить, что они не страдают и не переживают утрату близкого человека.

Их чувства могут быть гораздо сильнее, чем у взрослых, просто выражаются они по-другому.Бывают случаи, когда дети, переживая утрату близких людей, начинают проявлять неадекватное поведение. Ребенок не понимает смысл смерти в том контексте, в каком его понимают взрослые.

Очень часто маленькие дети пытаются использовать свое магическое мышление, чтобы вернуть обратно своих умерших родственников. Дети начинают задавать вопросы, почему человек умер, не осознавая пока отсутствия чьей-либо вины за естественную смерть. Очень часто они пытаются взять на себя вину за смерть близкого родственника или пытаются уйти вслед за ним.

Иногда при потере родителей у детей падает успеваемость в школе, некоторые проявляют девиантное поведение, начинают воровать, убегать из дома и т.д. Когда погибает близкий человек, дети начинают бояться расставаться с другими близкими. Ими движет страх, что с ними тоже может что-нибудь случиться.

В первое время после потери родного человека дети испытывают большую потребность в близости. Им важно, чтобы кто-то близкий находился рядом.

У детей есть свои методы для того, чтобы справится с негативными эмоциями. Чаще всего они используют для этого игру. В процессе игры они неоднократно воспроизводят ситуацию, которая произошла в реальности.

После потери близких людей можно наблюдать, как во время игры дети хоронят игрушки, насекомых, животных. Это позволяет им понять, что произошло с их любимым человеком. В детских рисунках также прослеживается тематика смерти. Дети рисуют кресты или какие-то другие атрибуты, связанные с похоронами. Постепенно они начинают осознавать смысл произошедшего события, поэтому не нужно останавливать подобные проявления в игре или рисовании. Это своеобразный способ выражать свои чувства.

Рекомендации взрослым

Многие взрослые убеждены, что дети не понимают, что такое смерть, поэтому не испытывают страха. Однако это большое заблуждение. Уже в 5-7 лет ребенка начинают мучить различные страхи, часть из которых связана со смертью.

Дети боятся темноты, боятся заболеть, боятся, что начнется война, боятся различных стихий — воды, огня, боятся отрицательных героев сказок и мультфильмов. Все эти детские страхи в той или иной степени связаны со страхом смерти. Ребенок уже начал осознавать, что у любого явления есть начало и есть конец, и у жизни тоже.

Причем его не пугают мысли о собственной смерти, он больше всего боится потерять маму или папу, либо других любимых родственников. Дети часто задают вопросы об умерших родственниках. Спрашивают: почему умерла бабушка? Сколько лет она прожила? Как избежать смерти? Некоторые часто видят сны, в которых кто-то из близких умирает.

Ребенок к пяти годам начинает различать такие понятия, как пространство и время, у него развивается абстрактное мышление, и он постепенно догадывается, что жизнь не вечна. Совершив для себя такое открытие, ребенок начинает беспокоиться за свое будущее, за своих родителей.

Психологи считают, что повышенный страх смерти испытывают дети, которые уже потеряли кого-то из близких, или слишком болезненные дети. Девочки начинают бояться смерти гораздо раньше, чем мальчики. Их чаще мучают ночные кошмары. Принятие смерти как естественного финала жизни происходит примерно к семи-восьми годам.

Если этого не происходит, то у ребенка начинаются серьезные психические нарушения, которые могут усиливать другие виды страхов, что мешает его нормальной жизни.

Иногда взрослые, сами того не желая, вредят своими поступками и словами. Ребенку необходимо помочь перебороть свои естественные страхи смерти, а вместо этого родители еще больше его запугивают.

Рассмотрим несколько правил, касающихся того, чего делать по отношению к ребенку нельзя.1. Нельзя высмеивать детские страхи. Не стоит говорить ребенку, чтобы он не боялся, потому что должен быть смелым. Это для него пустой звук. Он не может пока контролировать свои страхи.2. Нельзя ругать или наказывать ребенка за его страхи.

3. Нельзя игнорировать страх ребенка, иначе он перестанет доверять родителям и будет бояться признаться кому-либо в своем беспокойстве.

4. Нельзя рассказывать ребенку, что близкий человек умер по причине болезни. Ребенок начнет ассоциировать любую болезнь со смертью, и когда он сам или родители заболеют, то будет сильно переживать.5.

Нельзя запугивать ребенка, рассказывая ему истории о смерти, что он может заболеть и умереть.6. Нельзя разрешать ребенку смотреть телевизионные передачи, в которых идет речь о насилии и смерти, фильмы ужасов, переполненные убийствами и кровью.7.

Нельзя приводить ребенка на церемонию похорон до подросткового возраста.

Читайте также:  Траурная одежда на похоронах. поминальная трапеза и стол. водка на поминках - принято ли?

Относитесь к проявлению детских страхов как к сигналу о помощи, посылаемому вам вашим малышом.

Как же помочь ребенку избавиться от своих страхов?1. Уважайте страх ребенка. Отнеситесь спокойно к его проблеме. Ведите себя так, чтобы он видел, что вы понимаете, что он чувствует.2. Не скупитесь на ласку и внимание для своего ребенка. Чувствуя вашу теплоту, он сможет успокоиться.3.

Постарайтесь отвлечь ребенка от тревожных мыслей. Пусть в его жизни будет больше ярких событий.4. Создайте дома благоприятную психологическую атмосферу, чтобы ребенок мог доверять вам и делиться своими тревогами.5. Попробуйте увлечь ребенка каким-то интересным занятием.

Если у него появится хобби, он перестает зацикливаться на своих страхах.

6. Если у ребенка умер кто-то из близких, сообщите ему это как можно более осторожно. Объяснять причину смерти лучше всего естественной старостью или редким заболеванием.

7. Боритесь с собственными страхами. Дети копируют поведение взрослых, поэтому ваши фобии могут передаться и ему.

Объясняя ребенку, что такое смерть, почему люди умирают, постарайтесь сделать это просто и доступно, чтобы он мог вас понять.

Можно познакомить малыша с естественными явлениями жизни, в том числе и со смертью, читая ему сказки. Например, у Г.Х. Андерсена есть несколько сказок, которые затрагивают тему смерти.

Прочитайте их вместе с ребенком, обсудите, ответьте на его вопросы.


Так же есть книги Юрье Женевьевы о семье кролика-папы, который растит детей без мамы, т.к. ее подстрелил охотник.

И книга М.Бутовской «О дохлой кошке и живых котятах»

Купить книгу О дохлой кошке и живых котятах

Источник: https://xn—-htbdalkp7av.xn--d1acj3b/to-parents/articles/3441-rebenok-i-smert-rodstvennikov.html

Улан-Удэнка рассказала шокирующую историю смерти ребенка в роддоме

Фото со страницы Евгении Носыревой в соцсети

Тогда пообщаться с матерями погибших детей не удалось – женщины находились в шоковом состоянии. Спустя время корреспондент infpol.ru встретился с одной из них, Евгенией Носыревой, которая согласилась рассказать о произошедшем в тот трагический день.

Ждали с нетерпением

Второго ребенка в семье Носыревых ждали с нетерпением. Срок рождения девочки был намечен на 1 августа. Но схватки начались почти на неделю раньше. Счастливая и взволнованная Евгения вызвала «скорую».

Но даже не подозревала, что вот-вот увидит дочку в первый и последний раз.

Боли в животе подняли Евгению на ноги в девятом часу утра.

26-летняя девушка не растерялась и немедленно вызвала «скорую» — эти роды для нее не были первыми.

В приемной родильного дома акушерка приняла у врача документы роженицы и скрылась, велев ей ожидать в коридоре, говорит девушка. Вцепившись от боли в плечо мужа, она просидела минут 15, и когда интервал между схватками сократился, не выдержала и попросилась на прием. Ей казалось, что еще немного, и она потеряет сознание, но роженица была снова отправлена ждать на прежнее место.

Сердце билось

Когда, наконец, Евгению пригласили в приемную, девушка с трудом передвигалась. — Медсестра осмотрела меня, послушала ребенка. Я спросила, как там малыш, она ответила, что все нормально — сердце бьется. И мы направились в родовое отделение, где в палате мне по-хамски кинули белье на кровать, сказали застелить постель.

В палате лежала девушка под КТГ (кардиотокография), и я поинтересовалась, когда меня тоже положат, на что снова услышала грубое: «Ждите! Еще не время». Я возмутилась «Чего ждать? Я вот-вот рожу!» Мне ответили: «Не хотите ждать – идите!» Лежать я уже не могла, начала ходить по коридору.

Когда кричала от боли, постовая медсестра приходила и ругала меня. Позже увидела, что медсестры сидят в кабинете — обедают. Позже в смотровой, рассказывает девушка, медсестра резким движением пальцев проткнула ей пузырь, выпустила воды и сказала: «У тебя тут один меконий» (первые фекалии новорожденного – ред.).

Получается, ребенок внутри «плавал» в собственных фекалиях. Только после увиденного акушеры немедля повели Женю в родовой зал, который даже не был готов, вспоминает она:- Пока я тужилась, они делали кардиотокографию, слушали сердцебиение ребенка. Потом принесли мне снова какие-то бумаги, я их подписала — это было согласие на вакуумные роды.

Первая попытка не удалась, я слышала характерный шлепок – ребенок срывался. Второй раз – то же самое. Извлекли только на третий раз, перевернули вниз лицом, послушали, взвесили и молча унесли на пеленальный стол недалеко от меня. Между собой разговаривали: «Ну что, показываем?» Сказали, что ребенок родился мертвый, показали его.

Я погладила дочь, подержала за ручку. В слезах начала звонить мужу, сообщила об этом.

В родовом зале ребенок еще был жив

Только что родившая Женя услышала упрек акушеров в свой адрес: «Она у тебя вся зеленая родилась – ты, наверное, всю беременность курила».

Очнувшись от наркоза, Женя не смогла понять, где находится. Как позже выяснилось, это была не палата, а процедурный кабинет, где ее закрыли на ключ. Девушка начала звать медсестру, но никто не отозвался.

Испугавшись, она позвонила в справочную, представилась, рассказала, что недавно родила и очнулась в неизвестном месте.- Я попросила, чтобы ко мне хоть кто-нибудь подошел. После этого звонка минут через десять ко мне пришла акушерка. Она сказала, что я могу сходить в столовую поесть.

Но мне ни кусочка в горло не лезло – всюду ходили счастливые мамочки с детьми, — сдерживая слезы, рассказывает девушка.

«Я это так не оставлю»

После звонка Жени ее родственники обратились в полицию, прокуратуру и Минздрав республики, и уже через день к ней в палату начали наведываться то заведующая отделением, то главврач, рассказывает девушка.- Врач спросила меня, хочу ли я, чтобы она выдала по телевидению всю информацию обо мне.

Я ответила «А почему нет?», на что получила вопрос «Зачем тебе это надо?» В тот же день меня выпроводили из палаты. В документах по итогам проверки Росздравнадзора сказано, что «на этапе женской консультации Городской поликлиники №1 выявлены дефекты оказания медицинской помощи».

То есть всю вину хотят свалить на женскую консультацию, хотя врач Татьяна Гомбожаповна, которая вела мою беременность, за три дня до родов измеряла сердцебиение моего ребенка – все было хорошо.

На руках у Евгении официальный ответ Министерства здравоохранения Бурятии, датированный 19 сентября 2014 года.

В нем говорится о «дефектах» исполнения служебных обязанностей сотрудниками роддома и нарушении со стороны фельдшера бригады скорой помощи, которые однако не послужили причиной смерти младенца, так как «гибель плода произошла до наступления родов».

По результатам служебной проверки руководители Станции скорой медицинской помощи и Городского роддома № 2 применили дисциплинарные наказания по отношению к работникам.

Но Евгения считает это недостаточным наказанием и не настроена молча горевать о случившемся.- Я это просто так не оставлю — хочу, чтобы виновные получили по заслугам, — решительно заявляет она.

— Следователи сказали мне, что пока у этого дела есть резонанс, оно будет на контроле в Москве, но как только шум стихнет, дело благополучно замнут.

Получить комментарии врача, принимавшего роды у Евгении Носыревой, а также главврача Родильного дома №2 корреспонденту infpol.ru не удалось, так как оба в настоящее время находятся в отпусках.

Читать далее

Источник: https://www.infpol.ru/155908-ulan-udenka-rasskazala-shokiruyushchuyu-istoriyu-smerti-rebenka-v-roddome/

Потеря ребенка. Быть вместе и помнить

Далеко не каждая беременность заканчивается рождением живого и здорового малыша. Об этом редко говорят. Множество женщин носит в себе свою боль, оберегая чувства окружающих, пытаясь сделать вид что тяжелой утраты не было. Анна Новикова рассказала Виктории Лебедь о том как потеряла своего первого ребенка.

Виктория: Такая нелегкая тема. Трудно начать разговор. Анна, как так вышло, что ваш ребенок умер? Что произошло?

Анна: А так толком и неизвестно. Просто в 35 недель перестал шевелиться и всё. Я ещё какое-то время надеялась. Помню, пирожное себе купила — типа сладкое, чтобы проснулся и зашебуршился. Так и оставила его у врача, не съела.

В этом сложно в какой-то момент себе признаться — что да, всё. Вроде часть тебя понимает, а часть на что-то всё же надеется. Ещё и врачи совсем не умеют о таких вещах сообщать. Я на УЗИ поехала, когда акушерка сердцебиение не нашла. Узист сидит, смотрит и молчит.

Ну, уже я стала спрашивать: “Сердце видите?” “Да”. “Бьется?” “Нет”.

Виктория: А визит к акушерке был плановый, или вы сами почувствовали изменения и пришли на осмотр?

Анна: Плановый. Более того, я за неделю до того аж с тремя врачами виделась, сначала в ЖК, потом с той, к которой ходила по поводу планирования беременности, и с той, с которой рожать собиралась. И за неделю до того всё было в порядке. Ну, то есть, это такая иллюзия, что если регулярно ходить к врачу, то всё будет хорошо, а если какие-то проблемы, то их заметят.

Виктория: Вы узнали что сердце не бьется. Что было дальше?

Анна: Я от своей акушерки поймала машину и доехала до ближайшего медицинского центра, сделала УЗИ. Позвонила мужу, причём по телефону ему не хотела говорить что случилось, сказала, что, мол, у нас проблемы, приезжай за мной. Опять поймала машину, доехала до акушерки обратно. Туда уже муж приехал, дальше вместе были.

Как-то спокойно было, я не плакала, не кричала. До меня такие вещи долго доходят. Я в экстренных ситуациях с совершенно холодной головой действую, меня потом догоняет.

Виктория: Что сказали врачи потом, какова процедура в таких случаях?

Анна: Ну, надо было либо стимулировать роды, либо ждать, пока сами начнутся. У меня начались. Акушерка ещё шейку поковыряла немного. Организм-то сам тоже не дурак обычно, понимает, что надо рожать.

Виктория: Как отреагировал ваш муж?

Анна: Муж всё время рядом был, очень поддерживал, то есть я ни минуты не ощущала себя брошенной. И в роддоме дальше почти всё время со мной был. Я ему за это все 13 лет очень благодарна. У него была куча возможностей «слиться», и, в общем, его бы никто за это не упрекнул, но он был рядом.

Виктория: Когда пришло принятие того факта, что все, ребенка больше нет? Это произошло постепенно или в один момент?

Анна: Я когда к акушерке пришла, малыш уже дня три не шевелился, так что мне в целом понятно было. Но это такое как бы двойное дно. Внутри уже понятно, но признать — очень трудно.

Ну и дальше ещё несколько месяцев бывало такое, что с утра просыпаешься и не помнишь что случилось. Думаешь, что ещё беременная — а потом уже догоняет. И вот это самое невыносимое время суток было.

Потом днём бегаешь как-то, вроде ничего, отпускает.

Виктория: Как роды проходили?

Анна: Мы дома переночевали, так как схватки ещё слабые были, потом в роддом поехали, своим ходом, там рядом было. Меня почему-то напугали, что меня в обсервацию отправят с мёртвым ребёнком, а я тогда этого боялась. Ну и не стала в роддоме ничего говорить, мол, схватки и схватки.

Забавно, что акушерка в приёмном каким-то образом сердцебиение слышала — ну или по крайней мере мне об этом говорила. Потом ещё раз УЗИ сделали, тоже не знали, как мне сказать, я сама уже говорю, мол, знаю я, не мучайтесь. Повопили, мол, чего сразу не сказала. Потом мужа пускать не хотели. Мы в этот роддом поехали потому, что у них было можно за сто долларов рожать с мужем.

Но тут они были против: «Вам этого видеть не надо». Думали, может муж не понимает, что ребёнок умер. Но он умеет, когда очень надо, стены пробивать. Плюс врач, которая роды вела, как-то прониклась всё же, и мужа даже бесплатно пустили. Дальше мы вообще вдвоём только в родилке были. К нам буквально пару раз кто-то заходил, а так не трогали. Пару раз в процессе звонили своей акушерке.

Я ей благодарна за поддержку, было не так страшно. В родилке очень высокая кровать была, а я маленького роста, и с пузом ещё — мне вообще на неё не залезть было. При этом на схватках мне было легче двигаться, а между схватками хотелось спать.

Читайте также:  Велике прання

Так муж как видел, что схватка начинается, меня снимал на пол, я там ползала всячески, а потом обратно на кровать загружал, и я даже выспаться за пару минут успевала. Потом, когда потуги начались, муж пошёл позвал акушерку. Зря, на самом деле. Сейчас бы сами родили, но тогда страшно было, первые роды всё-таки.

Акушерка пыталась меня на кресло загнать, я отказалась, рожала на той же кровати в итоге. Она зачем-то руками полезла, когда голова рождалась, так что при ребёнке весом всего 1800 грамм разрыв устроила. Потом его ещё очень болезненно зашивали и я его до сих пор ощущаю немного. Следующие двое детей по 4 килограмма — и без разрывов при этом.

Я на потугах голову потрогала, а вот посмотреть и на руки взять побоялась. Потом очень об этом жалела. Такая «дырка» образовалась: вот я беременная, вот рожаю — а вот похороны. А в середине — ничего нет.

Виктория: Что вы чувствовали, какие были мысли?

Анна: В какой-то момент была мысль, что надо прям в роддоме найти какого-нибудь отказного ребёнка и договориться усыновить. Хорошо, хватило ума так не делать. Это было бы нечестно по отношению к усыновлённому ребёнку, мне горевать надо было, а не младенца растить.

Да, я заплакала первый раз только когда родила. До этого, полагаю, врачи опасались, что я в неадеквате и не понимаю что происходит, так как с их точки зрения я должна была рыдать и биться в истерике. А у меня задача была — родить, выжить, для следующих детей здоровье сохранить.

А после родов лежу на кресле, реву — подходит молодая ординатор, начинает «утешать»: мол, не надо, не плачь. Ага, я, видимо, должна смеяться и на одной ножке прыгать? И она же ещё в какой-то момент спрашивала сколько мне лет — типа, а, 24, молодая ещё, родишь.

И явно было видно, что человек искренне за меня переживает и помочь хочет, но она не знала, что и как говорить, поэтому вот такое вот ляпала. После родов муж всё же уехал домой, так как семейных палат не было, ему остаться со мной было нельзя. Опять же, сейчас я бы сразу домой под расписку уехала, нечего в роддоме без ребёнка и не в реанимации делать.

В итоге я ночь провела одна в палате. В какой-то момент пришла некая тётка, стала настаивать, чтобы я заполнила анкету на получение памперсов. А я ответить ничего не могу — слёзы душат. Потом она, видимо, поняла, что ребёнка-то нет, ушла. А я наутро-таки написала расписку, выслушав все пугалки про то, как я дома непременно помру.

Ага, дома за мной муж ухаживал, поил-кормил, мыться водил, а в роддоме лежишь одна, с кровати самой еле-еле получается встать, так как там сетка панцирная проваливается, помыться толком негде и так далее. Муж за мной приехал и мы на трамвайчике домой, мимо выписывающихся пар с младенцами.

Виктория: Вы похоронили малыша?

Анна: Да, я где-то в англоязычной сети до родов читала истории про мертворождённых детей, и там было упоминание того, что их тоже хоронят. Ну и я как узнала, что сын умер, у меня две мысли в голове было. Первая — чтобы только не кесарево.

Это я уже потом узнала, что в такой ситуации стараются изо всех сил не кесарить, так как инфекция так или иначе уже есть, и вероятность сепсиса у матери немаленькая. А вторая мысль о том, что я хочу похоронить. В роддоме искренне не понимали, зачем мне это, но я рада, что добилась.

Там отдельная песня была с похоронами: не могли выдать свидетельство о смерти, так как не было свидетельства о рождении. Наши мамы — моя и мужа — ходили в загс, добивались, тоже я им за это очень благодарна. В итоге выдали свидетельство о смерти с фамилией и прочерком вместо имени и отчества. Ух, как я рыдала на это глядя.

Вообще, вот именно на какие-то триггеры слёзы литься начинали. То вдруг накрыло, что зима, холодно, а мы Васю в тоненьком одеялке похоронили. Понимаю умом, что бред полный, а сижу рыдаю как из ведра.

До похорон было совсем как в тумане. Съездила к паталогоанатому, всё её трясла — пыталась выяснить, что могло быть причиной. Но она ничего такого не увидела, кроме того что плацента маленькая и ребёнок тоже маленький для своего срока.

Хоронить ещё проблема была — к бабушке мужа не разрешали, так как «не близкие родственники». Я уже предлагала меня там же похоронить, чтобы достаточно близкие были. В деревне у бабушки тоже было нельзя. А мы кремировать не хотели. В итоге отдельное место теперь есть. Я потом там же, когда через 6 лет был выкидыш на небольшом сроке, второго малыша сама похоронила.

Виктория: Как приняли другие люди ваше горе? У них получалось вас поддержать? Про какое поведение близких, друзей вы могли бы сказать что это — поддержка?

Анна: Мне было очень сложно всем сообщать. Как будто я их всех — родственников, друзей, коллег — предала, подвела. Не справилась. Хотя меня очень все поддерживали, друзья приезжали, не пугались и не шарахались.

Через две недели после родов меня подруга устроила работать в частный детский сад администратором. Вот это меня очень поддержало. Там все знали мою историю, берегли и заботились, но при этом было много работы, не было времени постоянно «кино» в голове крутить.

Лучше всего, кажется, помогали не слова, а просто то что обняли, погладили, рядом посидели. Когда из роддома вернулись — брат мужа меня обнял, сестра моя на похоронах тоже ничего не говорила, просто подошла и обняла. Ну и то, что не пытались сделать вид, что ничего не было.

Признавали что да, у нас был сын, он умер, мы по нему горюем.

Я через несколько лет встретила одну коллегу по тому детскому саду, я была беременна младшим, и она что-то спросила про первую беременность: “А как с Васей было?” То есть она помнила как его звали, мне так от этого тепло было.

А хуже всего было от того, что люди шарахались, как от заразной — коллеги, например, когда я на работу принесла больничный. Я в школе работала, так в итоге ученики, подростки, адекватнее всего реагировали. Искренне говорили, что им очень жаль, что сочувствуют. А взрослым, видать, слишком страшно и сложно.

Плюс я через три месяца после тех родов завела блог на LiveJournal, и там тоже встретила многих людей, которые сейчас стали моими друзьями. Написала рассказ о родах, многие люди его прочитали, что-то написали.

Ещё я получала на родительском форуме, где общалась в ту беременность, много личных сообщений — с поддержкой и с историями, что «у меня тоже такое было».

Я поразилась, сколько, оказывается, вокруг женщин, похоронивших детей. Но об этом как-то не принято говорить.

Вон выяснилось, что у моей школьной подруги брат старший родился мёртвым, но про это никто не говорил, то есть я не знала, хотя мы близко в школе дружили.

Виктория: О да, об этом стараются не упоминать. Анна, у вас было желание как можно скорее снова забеременеть?

Анна: И да, и нет. Я понимала, что надо и физически восстановиться, и в трауре ребёнка носить тяжело. То есть, сейчас бы я подождала год.

Но сын нас не спросил, сам пришёл через 3 месяца после родов, и это при том, что до этого я четыре года не могла забеременеть. Родился через год, с разницей в пять дней.

Причем, мы с мужем после всей этой истории решили обвенчаться, и на следующий день после венчания я сделала тест на беременность, который оказался положительным.

Виктория: Что вы чувствовали во вторую беременность? Очень было страшно?

Анна: Скорее, тревожно. Но меня очень поддерживали. И я всю беременность до самых родов работала, там не тяжело было, но мне было важно быть среди людей.

В блоге писала, когда очень тревожилась. Я пыталась сама научиться сердцебиение слушать, но ничего не получалось, плюнула — только зря нервничать, если вдруг не найдешь.

Акушерка меня очень поддерживала, я в какой-то момент с ней страхами поделилась, а она мне сказала: “Ну ты чего в своего ребёнка-то не веришь? Он же не виноват в том, что до него было?” Ну и дальше я себе это как мантру твердила: он не виноват в том, что было.

Ну и сын, видать, мою тревогу чувствовал. Только я начинала волноваться — сразу шебуршился, мол, мам, я тут, я живой, всё хорошо.

Виктория: Расскажите, пожалуйста, про вторые роды!

Анна: Ну, там уже вторые, всё легко было, быстро довольно, часа четыре. Поплавала в бассейне, пока одевалась — отошли воды, акушерка меня отвезла домой, ночью родили. Я дома рожала, хотя меня многие не понимали, как это — потеряв ребёнка не бояться рожать дома. А я остро не хотела в роддом, хотя там вроде даже никаких особых ужасов не было, всё в целом мирно.

Но мне стало понятно, что с проблемами — да, имеет смысл. А если с данной конкретной беременностью и родами всё хорошо — совершенно незачем. Опять же по тому принципу, что это другой ребёнок, он не виноват в том, что было до него. Ну и мне было важно вообще никак, ни на минуту не расставаться с ребёнком.

Даже когда его взвешивать забрали, я была готова всех покусать.

Виктория: Представляю. Как вы считаете, горе с первым ребенком повлияло на ваше отношение ко второму?

Анна: На отношение — конечно повлияло, не могло не повлиять. Но дети ж для личностного роста даются. Мне выдали такого товарища, который везде лез и кучу приключений находил. Мне приходилось как-то со своими страхами разбираться и на ребёнка их не перевешивать, к стулу его не привязывать, чтобы ничего не случилось. Тут книга Корчака очень помогла, с его «правом ребёнка на смерть».

Виктория: Вы говорили, потом был еще один выкидыш. Как вы перенесли его?

Анна: Ну, легче уже. Там замершая была, и я очень хотела обойтись без чистки. Тоже организм молодец, сам разобрался. На УЗИ только потом сходила, убедиться, что всё хорошо.

Хотя опять была вот эта штука, что если я не рыдаю, значит мне всё равно.

Врач на УЗИ решила, что беременность нежеланная была, раз я — через 10 дней после выкидыша — пришла сама на УЗИ и не бьюсь при этом головой об стену.

Старший сын, пятилетний на тот момент, очень переживал. Он про брата знает, очень ждал ещё малыша. Ну и потом, в следующую беременность здорово тревожился. Старалась его поддерживать и успокаивать.

Но да, ни у меня самой, ни у него, полагаю, нет иллюзии, что все беременности должны заканчиваться рождением живого и здорового ребёнка. Если такое есть, то об реальность потом очень больно расшибаться.

Я в первую беременность недель до 20 боялась, а потом вроде как «выдохнула»: ну, теперь уже ничего не случится. Как бы не так.

Виктория: Расскажите, пожалуйста, про вашу группу поддержки для родителей, потерявших детей.

Анна: Я давно про такую группу думала. Так или иначе все 13 лет ко мне приходили люди в аналогичных ситуациях поговорить — лично или по сети. А тут моя коллега, которая достаточно недавно потеряла ребёнка, предложила сделать группу. И вот вдвоём это намного легче. Так что я её предложению очень обрадовалась.

Виктория: Что происходит на встречах?

Анна: Пока это выглядит как любая другая группа поддержки: нет кого-то главного, ведущие только модерируют разговор, следят за тем, чтобы у всех желающих была возможность высказаться, и чтобы разговор был бережным и аккуратным.

А так, вначале все, кто готовы, вкратце рассказывают свою историю. Говорят, для чего пришли на встречу сейчас, что бы хотели понять, услышать, рассказать.

Бывает молчаливое участие: пока нет ещё сил о своей истории говорить, можно просто слушать истории других, это тоже часто оказывается очень целительно. Очень ценно то, что можно говорить о любых своих чувствах по поводу потери, даже не всегда «общепринятых», не боясь осуждения.

Когда уже прошло какое-то время, то о своих ушедших детях нечасто вспоминаешь. И группа — это такая специальная возможность всё же уделить им время, вспомнить, поплакать, рассказать другим — что вот, они были.

Виктория: Много женщин, понесших эту утрату?

Читайте также:  Поминовение усопших

Анна: Много, да. Мне кажется — у каждой второй точно какой-то такой опыт был.

И это горе, если оно вовремя не отплакано,  не выплакано нужное ведро слёз, полагаю не фигуральное, а реальное вполне, оно будет потом долго болеть и «догонять». Я сама рассказала столько раз, что сложно посчитать.

Это мне помогло не держать внутри, не ходить самой по кругу. У меня, к счастью, сейчас просто так боль не всплывает. Бывает либо в годовщины, либо в качестве отклика другим людям.

Виктория: Анна, спасибо, что вы продолжаете оставаться в этой теме через 13 лет. Это будто дает разрешение другим тоже не забывать свое.

Анна: Это очень важно — чтобы эти дети были включены в семью. Чтобы о них можно было вспоминать, например, в годовщины рождения и смерти. Чтобы остальные дети про них знали и помнили. Вот это вот «как будто ничего не было» — самое ужасное.

Когда я узнала про старшего брата своей бабушки, умершего в младенчестве, то будто что-то на место встало, дырка какая-то закрылась у меня внутри.

Вообще мне бы очень хотелось сделать какое-то место, вроде как сад или парк, где можно было бы ставить нечто наподобие кенотафов для тех детей, которые ушли, но у которых нет могилы. В других странах такое есть.

Просто камни, посажены какие-то кусты, деревья, иногда написано то, что родители считают нужным. И у семьи есть вот такое место памяти об их ребёнке.

Учитывая, что у нас очень мало кому удаётся похоронить своих мертворождённых детей, это может быть очень нужно.

Источник: http://mamochek.net/poterya-rebenka/

9 фактов о том, как смерть родителей меняет нас навсегда

Психология Семья и дети 15 августа 2018

Учёные знают, как смерть отца или матери влияет на человека и психологически, и физически. Мы рассказываем вам 9 научных фактов о том, почему мы теряем аппетит, болеем и даже изменяем, пока переживаем горе. 

1. Сон и аппетит меняются у всех

В исследовании изучались области мозга, ответственные за память и постоянное возобновление воспоминаний во время переживания горя. Они же, по жестокому стечению нейробиологии, участвуют в регуляции сна и аппетита. Физиологические изменения могут включать головные боли, боли в животе, тяжесть в груди.

© unsplash.com

2. Последствием горестных событий может стать развитие рака

Сложно установить прямую связь, но есть теория, что постоянно активизированная симпатическая нервная система приводит к долгосрочным генетическим изменениям. Это происходит потому, что все здоровые клетки «используются» для выживания. Полезно, когда за вами гонится медведь. Истощение здоровых ресурсов может закончиться их заменой на вредные.

3. Злиться — нормально

Так же, как испытывать грусть, ярость, тревожность, онемение, пустоту, вину, раскаяние и сожаление. Нормально удаляться от друзей и хобби, нормально погружаться с головой в работу. Об этом сказано в диагностическом и статистическом руководстве, разработанной Американской психологической ассоциацией по психическим расстройствам.

© unsplash.com

4. Чем человек моложе, тем тяжелее ему перенести потерю родителя

«Пережить смерть родителя для взрослого человека легче, когда она предвидится», — говорит клинический социальный работник из Небраски. Родители молодых взрослых чаще всего тоже очень молоды для смерти. А ожидать раннюю кончину родителей не хочет никто.

5. Мужчины и женщины переживают боль по-разному

Женщины обычно более остро реагируют на горе, а мужчины могут дистанцироваться от переживаний во время работы, например. Они показывают меньше эмоций.

© unsplash.com

6. По-разному воспринимается потеря отца или матери

Исследование показало, что потеря отца воспринимается как потеря собственных навыков — цели, видения, веры, приверженности и знаний о себе. Многие люди замечают большее чувство потери после смерти матери. «Вероятно, это связано с близостью отношений ребёнок-мать в период вынашивания», — говорит клинический психолог.

7. Горе может стать патологией

Расстройство адаптации диагностируют 1% здоровых людей и 10% людей с ранее повышенным уровнем стресса. Даже взрослые, способные ходить на работу и держать лицо, могут быть долго озабочены потерей, отрицать смерть родителя и избегать упоминаний о них.

© unsplash.com

8. Смерть родителей приводит к изменам

Семейный психолог Элизабет Голдберг работает со взрослыми, которые переживают горе. Она предполагает связь между затяжным горем и изменами. «Горюющий ребёнок нуждается в новой привязанности. Так психика пытается примирить отрицание и горе. И вместо того, чтобы сказать: «Моя мама умерла», он говорит: «Пока моей мамы нет, я поиграю с кем-то, кроме моей супруги»

9. Самоубийство родителя наихудшим образом влияет на ребёнка

«Взрослые, чей родитель покончил с собой, переживают целый комплекс эмоций: вина, злость, чувства брошенности и уязвимости», — говорит лицензированный терапевт. Более того, люди, пережившие родительский суицид, сами склонны к суициду.

Такое большое горе, как смерть родителей, требует сторонней помощи. А иногда и медицинского вмешательства. Не бойтесь просить поддержки! А если горе переживает кто-то из ваших близких, узнайте 8 способов помочь ему.

Фото на превью: unsplash.com

Источник: https://likeyou.io/9-faktov-o-tom-kak-smert-roditelej-menyaet-nas-navsegda/

Беременность и потеря ребенка

Перевод с английского Марины Леонтьевой, специально для «Православие и мир».

Ежегодно около миллиона беременностей заканчивается выкидышами, рождением мертвого ребенка или смертью новорожденного. Но это не просто статистика. За нею жизнь и смерть.

Православная Церковь, опираясь на Евангелие, считает, что жизнь зарождается в момент зачатия, то есть во время оплодотворения яйцеклетки сперматозоидом. Богу известно имя и возраст каждого человека с утробы матери, и мы исповедуем это во время литургии св. Василия Великого.

Поэтому мы должны признать, что потеря беременности, – будь то выкидыш, внематочная беременность или мертворождение, – приводит к смерти человека, младенца, чада Божьего. Ожидающим появления новой жизни родителям вместо этого приходится столкнуться со смертью.

В результате этих смертей скорбят миллионы семей.

Скорбь в одиночку

Священник Иоанн Брек пишет о женщине после выкидыша: «Ее семье и приходской общине необходимо осознать, принять, смягчить ее боль словами и жестами понимания, сочувствия и любви». На самом деле, большинство родителей, испытавших потерю ребенка во время беременности, страдают в одиночку.

Особенно это касается естественного прерывания беременности на ранних сроках, ранних выкидышей и внематочных беременностей, когда «тело» ребенка еще не видно и у матери еще нет внешних признаков беременности. Многие люди и не подозревают о том горе, которое приносит потеря беременности.

Иногда скорбящие родители и сами пытаются укрепиться в мысли, что они не сильно переживают, притворяются, что им не больно, что им надо «разобраться в своей жизни» и «попытаться снова».

Важно отметить, что скорбь родителей о потере беременности не только естественна и неподдельна, но еще и свойственна христианам. Очень часто приходится слышать, что горевать христианам не подобает, что те, кто потерял близкого, должны смириться с утратой как с «Божьей волей». Однако мы знаем, что «Иисус прослезился», когда узнал о смерти своего друга Лазаря (Иоанн 11:35).

Особенно при ранних выкидышах, а большинство выкидышей происходит до двенадцатой недели беременности, люди часто изрекают шаблонные фразы: «Такова Божья воля», «Бог захотел оставить младенчика с собой на небесах», «Богу виднее, может, он родился бы больным».

Единственная цель этих фраз – показать родителям, что им не следует горевать, что они «христиане» и должны принять Божью волю и «не роптать».

Как помочь в скорби другу или близкому человеку

Каждый скорбит по-своему. Что бы помочь этим страдальцам, важно создать атмосферу любви и понимания. Всегда согласовывайте свои действия со священником.

В 2002 году я написала статью в журнал Jacob‘s Well, под названием «Как утешить тех, кто потерял ребенка во время или после беременности».

Я приведу некоторые положения из этой статьи для тех, кто не знает, что сказать и как помочь скорбящему другу или близкому человеку.

  • В первую очередь важно осознать, что ребенок умер и что его смерть так же реальна, как и смерть ребенка постарше. Горе родителей и процесс восстановления будет болезненным и займет много времени. Может быть, они не придут в себя и не перестанут «думать о своем малыше» еще спустя месяц и даже год. Поймите, что родители тоскуют, потому что им не хватает их малыша, и что его или ее не заменит никто, включая их будущих или ныне живущих детей.
  • Дайте родителям знать, что вы молитесь о них, их семьях и о малыше. Позвоните им или пошлите открытку с соболезнованиями. Не нужно много слов, достаточно написать: «Мысленно и молитвенно с вами и вашим малышом».
  • Больше всего родителям сейчас нужна поддержка и умение выслушать, наставления и советы нужно оставить. Выслушивайте их рассказы о смерти малыша. Не бойтесь, и не смущайтесь говорить о его смерти. Если у малыша уже было имя, говорите о нем, называя по имени. Если родители видели малыша, расспросите их, какой он был. Большинству родителей нужно высказаться о своем ребенке, о своих несбывшихся надеждах и мечтах.
  • Будет уместно признать, что вы не представляете, что они чувствуют. Можно сказать: «Не могу вообразить, как вам сейчас тяжело. Я просто хочу, чтобы вы знали, что вы можете на меня рассчитывать, и что я очень вам сочувствую».
  • Обнимите их. Этим вы выскажете вашу любовь и беспокойство. Даже если вы ничего при этом не скажете, это будет бессловесным способом сказать: «Сочувствую вам» или «Молюсь за вас».
  • Предложите помощь по присмотру за остальными их детьми. Иногда требуется последующее врачебное наблюдение и родителям бывает необходимость побыть вдвоем.
  • Предложите принести какую-то еду, у матерей часто не хватает сил даже на элементарные дела.
  • Предложите сходить за продуктами, помочь с уборкой, стиркой, сделать что-то, чтобы облегчить груз повседневных забот. Это будет особенно полезно, если женщина находится в ожидании выкидыша, этот процесс может занять несколько дней, истощая ее физически и эмоционально.
  • Не забывайте об отце ребенка. Мы очень часто пренебрегаем чувствами мужчин, потому что нам кажется, что они переносят все легче. Но на самом деле мужчины бывают так же подавлены, как и их супруги.
  • Попытайтесь запомнить дату смерти малыша и почтите ее своим звонком, письмом или визитом. Годовщины могут спровоцировать такие же сильные горестные чувства, как и сама смерть. По прошествии нескольких месяцев можно поинтересоваться, как они себя чувствуют после потери ребенка, это может послужить им поддержкой.
  • Уделите внимание братьям и сестрам малыша. Им тоже больно, они растеряны и нуждаются во внимании, которое родители не всегда могут им обеспечить в данный момент.
  • Если дети захотят говорить о смерти, не бойтесь этого разговора. Дети относятся к смерти естественно, и они могут говорить об этом открыто и непосредственно с теми взрослыми, которым доверяют. Когда детям позволяют открыто делиться своими мыслями и мечтами, смерть обычно не действует на них негативно.
  • Если вы беременны, то родителям, потерявшим ребенка, а особенно матери может быть тяжело вас видеть, или даже разговаривать с вами. Вы должны отнестись к ним с пониманием и терпением. Они по-прежнему вас любят, но ваше положение слишком напоминает им об их потере. Ваши несчастные друзья могут даже слегка вам завидовать (особенно после рождения ребенка) и сердиться на себя за подобные чувства.
  • Помните, что все последующие беременности могут иметь эмоциональные перепады между радостью, страхом и горькими воспоминаниями.
  • Помните также, что скорбь вносит большую напряженность в отношения семьи и друзей.

Ваша помощь, утешение и деликатная поддержка могут оказать положительное влияние на то, как родители будут переживать утрату младенца, и как быстро они смогут от нее оправиться. Ваши действия очень важны, сейчас вы нужны этим родителям как никогда.

После рождения двух замечательных детишек мы с моим мужем пережили смерть двоих младенцев во время беременности. Наш второй малыш умер, когда мы были в Свято-Владимирской Семинарии. Пережить это нам очень помогали молитвы и поддержка нашей общины. Ежегодный молебен, который мой муж служит 15 октября, очень много для нас значит.

Мы надеемся, что такие молитвы также помогут оправиться от горя и другим людям. «Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, Отец милосердия и Бог всякого утешения, утешающий нас во всякой скорби нашей, чтобы и мы могли утешать находящихся во всякой скорби тем утешением, которым Бог утешает нас самих!» (2 Коринф, 1:3-4).

Деннис Краус – жена священника Мартина Крауза, Церкви св.Троицы, Ист-Мэдоу, Нью-Йорк, мать четверых детей.

Источник: https://www.pravmir.ru/beremennost-i-poterya-rebenka/

Ссылка на основную публикацию