Понимание смерти у древних народов

Восприятие смерти и души у разных народов

Понятие души для человека является чем-то абстрактным, не имеющим точного представления и описания. Кто-то представляет ее в виде ветерка, улетающего от тела, кто-то в виде дыма, кто-то просто живет с четкой уверенностью ее наличия у каждого человека, не задумываясь об ее внешнем облике.

У народов, проживающих на территории Республики Коми, душа ассоциировалась с дыханием, и именно с его прекращением человек уже считался мертвым.

Душа или, как его называли местные жители, «лов» была на земле после смерти еще 40 дней и приходила в свой дом, поэтому там все это время висело чистое полотенце и чаша с водой, чтобы она могла умыться. Загробный мир представлялся по-разному.

С одной стороны, это был ад и рай, с другой – некоторое место, находящееся в непосредственной близости от земли, что обеспечивало очень тесную связь между живыми и мертвыми.

Считалось, что мертвые постоянно следят за жизнью своих близких людей и всячески их оберегают от различных неприятностей. А чтобы эту защиту укрепить и отблагодарить за заботу своих предков, люди должны были их вспоминать поминальными угощениями.

В Египте за душу принимали совокупность различных субстанций, живущих в человеке:

Ба – это душа человека или бога, которая появляется только после смерти. Ее изображали в виде птицы с человеческой головой. Она могла находиться непосредственно в гробнице, могла улетать, но всегда снова возвращалась к телу.

Ка – это такой признак, по которому отличались одушевленные и неодушевленные предметы, его еще называли «двойником» души. В гробнице ставили специальный саркофаг, чтобы Ка могла там укрыться.

Ах – по-другому еще называли «дух», являлся одной из составляющих частей души и изображался в виде ибиса.

Шу – это тень человека, его темная сторона, скрытая от окружающих.

Сердце – одно из самых важных составляющих души которое считали, также местом нахождения его сознания. На заседаниях загробного суда именно сердце могло рассказать о плохих поступках умершего человека. Чтобы этого избежать, при погребении над сердцем читались специальные заклинания.

Сах – тело человека после процедуры мумификации. Оно являлось воплощением личности, которая прошла через все необходимые священные обряды.

Среди древних греков было твердое убеждение о том, что душа существует, и представляли они ее так же, как и самого человека. Миру мертвых они дали название «Аид» и не испытывали к нему никакого страха, ведь, побывав там, можно было встретиться с дороги ми людьми. Участь человеческим душам была уготована разная, и зависела она от того образа жизни, который вели их хозяева.

Греки верили в это и при жизни еще заботились о своей душе, приобщаясь к различным культовым действиям. Обычно анализ своей жизни проводился в старости, когда человек чувствовал приближение смерти и понимал неизбежность наказания за свои поступки.

Благополучие души обеспечивалось участием в различных мистериях и путем посвящения в «мисты». К посвящению мог быть допущен любой человек, не зависимо от половой принадлежности, но не с преступным прошлым. Людей подготавливали к загробной жизни, рассказывая им о ней и проводя обряды очищения.

Также большую роль играл сам процесс погребения, который должен был проходить по всем правилам, чтобы душа обрела свое благополучие в Аиде. В противном же случае она обречена на муки и скитания.

На могиле в дни поминовения родные умершего человека обязательно оставляли хлеб и вино, а в тяжелые моменты жизни обращались мысленно к душе с просьбами о помощи.

Самым страшным наказанием для египтян была не смерть, а вероятность отказа от погребения. Это относилось к людям, ведущим преступный образ жизни, их после казни могли отдать на растерзание диким животным и не предавать земле.

У славян долгие столетия был настоящий культ предков, их души должны быть обязательно в раю. Покойники были «чистые» и «нечистые», это разделение происходило в зависимости от того, как наступила смерть человека.

Умершие «пристойным» образом носили название родителей, отсюда и появилось название родительского дня, когда поминают всех умерших родственников. Ко второй категории относились самоубийцы, утопленники, пьяницы, чья жизнь оборвалась намеренно или вследствие их непристойного образа жизни.

Их боялись и после смерти, считая, что они могут принести вред живым людям, поэтому в труп вбивался деревянный кол, чтобы они не могли встать.

Древние славяне верили, что после смерти может сохраняться не только активность души человека, но и его тела. Под духом понималась утонченная материя, что-то невесомое и еле заметное, как дымка. Вместе с тем славяне не делали четких разделений между духовным и материальным, они объясняли это как разное состояние одной и той же субстанции.

В буддизме распространено такое понятие как «принять прибежище». Это означает получить некоторое покровительство высших сил, принять на себя карму учителя, взять на себя большую ответственность. Это что-то наподобие дополнительного шанса для человека, достичь просветления.

В действительности весь этот ритуал выглядит так: лама касается своей ладонью лба человека, отстоявшего целую очередь, и произносит заклинание, в котором говорится о том, что с этого момента каждый миг жизни этого человека наполняется учением, и ему нужно соответствовать своему положению.

На семинары может прийти любой желающий без ограничений, а на практические занятия принимаются только прошедшие учение.

Несмотря на разницу представления и понимания души у разных народов, их объединяет то, что люди искренне верят в нее, понимая ее важность в своей жизни.

Бессмертных не бывает, в конце пути всех ждет один и тот же конец, но какой будет путь после смерти, зависит от человека при жизни. Самое правильное это жить по совести, не предавать самого себя и не свершать противоправных поступков.

Жизнь многогранна и нужно учиться видеть в ней положительные стороны, ограждать себя максимально от негативной информации и окружать себя правильными людьми.

No related links found

Источник: http://tainy.net/57415-vospriyatie-smerti-i-dushi-u-raznyx-narodov.html

Зачем человеку Бог? Самые наивные вопросы и самые нужные ответы

В религиозной и философской мысли всех народов всегда звучал вопрос: что же такое смерть?

Если обратиться к дохристианской истории, то увидим много различных вариантов ответа и, соответственно, разные описания посмертья. Но при всём их многообразии нетрудно заметить, что по существу все они говорят о какой-то форме продолжения жизни.

Что же думали о смерти наши далёкие предки? Это очень большой вопрос, поэтому его лишь коснёмся.

Особенно интересны представления религии Древнего Египта.

В так называемой «Книге мёртвых» (её название точнее переводится как «О выходе к свету дня»), тексты которой создавались в III–II тысячелетиях до нашей эры, прежде всего, видим твёрдое убеждение в том, что у человека есть душа, которая после смерти тела будет переживать радость или страдания — как воздаяние за свои дела.

В книге находим много предупреждений о том, как в ином мире душа будет взывать к богам, к духам, чтобы не подвергнуться страданиям и не оказаться в состоянии ещё худшем, чем сама смерть.

Ибо вот какой страшный приговор объявляет бог Гор нарушителям воли богов: «Грозные мечи покарают ваши тела, ваши души будут истреблены, ваши тени — истоптаны, а ваши головы — изрублены. Не восстанете! Будете ходить на голове! Не подниметесь, ибо попали в свои ямы! Не убежите, не уйдёте! Против вас — огонь зме́я, “Того-Который-Сжигает-Миллионы”!.. Они [богини с ножами] зарежут вас, расправятся с вами! Никогда не увидят вас те, кто живёт на земле!»

Но согласно той же книге душа может и спастись, и стать как бы божеством. Более того, поразительная забота о сохранении тела (мумификация) и отдельные поэтические тексты, найденные в пирамидах, дают повод некоторым исследователям предполагать наличие у древних египтян даже веры в будущее воскресение.

Нечто подобное видим и в тибетской «Книге мёртвых», которая, правда, имеет значительно более позднее происхождение — она была записана около VIII века н. э. В ней встречаются другие мотивы, специфические для индуистского сознания.

Смерть рассматривается здесь как ступень эволюции или инволюции души, выражающаяся в соответствующих формах перевоплощения. И хотя по тибетским представлениям человек может достичь состояния так называемой мокши (освобождения), когда процесс перевоплощений остановится, однако очень немногие достигают этой конечной цели.

Учение о перевоплощении содержится почти во всех религиозно-философских индуистских системах мысли.

Много экзотического можно найти в буддистских сказаниях. Так, по одному из них, Будда перевоплощался 215 раз и кем только не был (кроме женщины), прежде чем наконец стать «озарённым».

Правда, сама цепь перевоплощений фактически не имеет конца — это бесконечное число смертей и рождений. По крайней мере, таких счастливчиков, как Будда, единицы.

Удел же большинства — бесконечная цепь непрекращающихся перевоплощений с целью достижения так называемой нирваны. Но это и не столь важно, главное, что там что-то происходит.

Кстати, несколько слов об идее перевоплощения. Она, как кажется, тоже предлагает своеобразное спасение от окончательной смерти, но это иллюзия, поскольку человеку свойственно откладывать «на завтра» всё то, что трудно и не хочется делать сегодня. Ведь духовно-нравственное совершенствование — это подвиг борьбы с собой. А как известно —

Идея же перевоплощения невольно ориентирует подсознание человека на «бой с самим собой» в неопределённом будущем, особенно если сейчас неплохо живётся.

Почти без изменений идею перевоплощений приняла и теософия. Однако эта идея не имеет под собой никаких серьёзных оснований по следующим причинам.

Во-первых, если бы перевоплощение действительно было законом нашего бытия, то у каждого человека была бы и какая-то память о предыдущих состояниях.

В противном случае обессмысливается основной аргумент данной теории о необходимости многократных воплощений личности, чтобы она могла предпринять усилия с целью полного очищения от прежних грехов. Английский философ Джон Локк (XVII в.

) справедливо заметил, что если нет памяти о прежнем воплощении, то нет и тождества личности, нет, следовательно, и перевоплощения, а есть простое рождение нового «я».

Во-вторых, нет фактов, подтверждающих эту идею. Редчайшие случаи так называемых «воспоминаний» своих предшествующих воплощений имеют совсем иную природу, они являются естественными следствиями:

или постороннего внушения, в том числе и телепатического характера;

или непроизвольного самовнушения, чему особенно легко поддаются люди так называемого медиумического склада (прежде всего дети и женщины);

или определённых психических заболеваний, когда больной может «вспомнить» себя кем угодно;

или прямых демонических воздействий, нередко проявляющихся в очевидном для всех бесновании;

или проявления так называемой генетической памяти, которая при некоторых условиях может воспроизводить в сознании впечатления и переживания предков, воспринимаемых человеком за свои собственные.

Любопытные мысли о душе и её посмертном состоянии встречаем в древнегреческой мифологии и религии.

Древние греки (как, впрочем, и многие другие народы, не имевшие прямого Божественного Откровения) представляли себе загробное состояние или как некую призрачность, или как нечто неизмеримо худшее, нежели любая земная жизнь.

Так, у Гомера в «Одиссее», например, есть такая неутешительная картина пребывания души в подземном царстве Аида. Ахиллес «богоравный» жалуется Одиссею:

Но вот другая, интересная картина посмертного состояния Геракла — великого героя древнегреческой мифологии. Сам он находится на Олимпе, на пиру у богов, и в то же время его дрожащая тень пребывает в Аиде. Одновременно на двух полюсах! Эта совершенно необычная мысль Гомера явилась для священника Павла Флоренского (†1937) одним из истоков его оригинальной эсхатологической концепции.

О чём говорят эти странные фантазии? О том, что древние греки глубоко чувствовали реальность иного мира и неуничтожимость души человеческой, верили, что есть оно, это посмертное состояние. Ведь не случайно считалось, что Зевс даровал бессмертие богине Психее (от греч. ψυχή — «психи́»: душа).

И в то же время, не зная, что ожидает человека там, исполнялись страхом перед этим неминуемым неизвестным посмертием. И, желая как-то понять это, строили всевозможные догадки, создавали, как видим, яркие мифы в попытках осмысления этой тайны.

И нужно отдать им должное: некоторые из этих мифов не просто интересны, но и глубоко выражают бессмыслицу этой земной жизни и интуитивную веру в посмертное воздаяние.

Достаточно вспомнить древние сказания об Островах блаженных и Елисейских полях для праведников и более поздние мифы, выражающие безнадёжность судьбы осуждённых: муки Тантала, Сизифов камень, бочки Данаид и т. д.

Подобную же картину можно видеть и в других дохристианских религиях. Глубокое чувство бессмертия и прямые факты, подтверждающие его (явления умерших, их точные предсказания, предупреждения и др.), растворены в полном тумане неведения о том мире. И так было на протяжении всей дохристианской истории человечества.

Читайте также:  Поминки на кладбище

Даже если обратиться к Писанию Ветхого Завета, то и здесь найдём нечто подобное. До книг пророков находим в нём утверждения, что душа человека после смерти засыпает, а то и умирает.

То есть весь человек, а не только тело, обращается в прах после смерти! И только пророки, особенно великие, начинают определённо говорить о том, что душа по смерти тела не исчезает, не умирает и даже не засыпает, но испытывает страдания или радость в зависимости от характера нравственной жизни человека; пророки говорят даже о всеобщем воскресении. И это — наибольшее из того, что было открыто дохристианскому человечеству.

Назад: Ешь, пей, веселись, душа моя?
Дальше: Что общее в понимании смертиПоказать оглавление Скрыть оглавление

Источник: https://epubknigi.ru/b/aleksej-ilich-osipov/zachem-cheloveku-bog-samye-naivnye-voprosy-i-samye-nuzhnye-otvety/34414/ponimanie-smerti-u-drevnih-narodov/23

Читать

Алексей ОСИПОВ

ИЗ ВРЕМЕНИ В ВЕЧНОСТЬ:

ПОСМЕРТНАЯ ЖИЗНЬ ДУШИ<\p>

Рекомендовано к публикации Издательским Советом

Русской Православной Церкви. ИС 10-07-0235

© А.И. Осипов

Издание одиннадцатое, исправленное.

ИЗ ВРЕМЕНИ В ВЕЧНОСТЬ: ПОСМЕРТНАЯ ЖИЗНЬ ДУШИ.

Книга посвящена проблемам бытия человека за гранью смерти. Как понять Вечность? Что такое мытарства? Может ли Бог-Любовь дать жизнь тому, кто, как Он знает, пойдет в вечные муки? Действуют ли в посмертье наши страсти? Есть ли реальные средства помощи усопшему? Каково действие молитвы на посмертное состояние души?

Никого не могут оставить равнодушными эти глубинные вопросы, эта тайна человеческой жизни в двух измерениях – времени и Вечности.

Книга профессора Московской духовной академии Алексея Ильича Осипова, составленная на основе его публичных лекций и ответов на вопросы слушателей, поможет читателю во многом заново осмыслить прежде известное, взглянуть на тотмир через призму святоотеческого учения.

Содержание

ПРЕДИСЛОВИЕ к четвертому изданию — — — — 4

Предисловие к пятому изданию — — — — — 5

О ТЕХ, КТО ЖИВ ИНОЙ ЖИЗНЬЮ — — — — 6

«ЕШЬ, ПЕЙ, ВЕСЕЛИСЬ», ДУША МОЯ? — — — 7

ПОНИМАНИЕ СМЕРТИ У ДРЕВНИХ НАРОДОВ — — — 6

А ЧТО ОБЩЕЕ? — — — — — 9

«Я В АДУ!..» — — — — — 11

БОГОЗДАННАЯ ПЛОТЬ ЧЕЛОВЕКА — — — 14

ПОСЛЕДСТВИЯ ГРЕХА ПРАРОДИТЕЛЕЙ — — — 16

ГДЕ ПРЕБЫВАЕТ ДУША ПО СМЕРТИ ТЕЛА — — — — 18

СООБЩЕНИЯ ОТТУДА— — — — — 19

«ЗЕМНЫЕ ВЕЩИ ПРИНИМАЙ ЗДЕСЬ ЗА САМОЕ СЛАБОЕ ИЗОБРАЖЕНИЕ НЕБЕСНЫХ» — — — — — — — 20

ПОСМЕРТНЫЙ ЭКЗАМЕН НА ДОБРО — — — — 22

И ЭКЗАМЕН НА ЗЛО — — — — — — 24

С ДУХОМ БОЖИИМ ИЛИ С ДЕМОНАМИ-МУЧИТЕЛЯМИ — — — 25

ПОДОБНОЕ СОЕДИНЯЕТСЯ С ПОДОБНЫМ. СИЛА ПОКАЯНИЯ — — — 28

«СТРАСТИ В ТЫСЯЧУ РАЗ БОЛЕЕ СИЛЬНЫЕ, ЧЕМ НА ЗЕМЛЕ…» — — 29

МЫ СВОБОДНЫ ТВОРИТЬ ДОБРО И ЗЛО — — — — 31

ЦЕРКОВЬ — — — — — — 32

КАК ПРАВИЛЬНО МОЛИТЬСЯ ЗА УСОПШИХ — — — — 33

ПОБУДЬ ХОТЯ СОРОК ДНЕЙ ХРИСТИАНИНОМ — — — 36

ГЕЕННА — — — 39

ЧТО НАС ЖДЕТ НА СТРАШНОМ СУДЕ — — — 42

«СПАСИТЕЛЬ ВСЕХ ЧЕЛОВЕКОВ…» — — — 44

ЗАЧЕМ ХРИСТОС НИСХОДИЛ В АД? — — — — 48

О СМЕРТНОМ ГРЕХЕ И КТО ПРАВЕДНИК — — — 50

ВОПРОСЫ О ВЕЧНОСТИ — — — — — — 53

ПРЕДИСЛОВИЕ К ЧЕТВЕРТОМУ ИЗДАНИЮ

Посмертная жизнь души – всегда некая манящая к себе тайна. «Что и как там» вопрос, переходящий из поколения в поколение и порождающий массу ответов.

Многие из них заимствуются не редко из источников сомнительных и не церковных: учений нехристианских религий, оккультных сочинений, рассказов «побывавших» на том свете, «откровений» в сновидениях, фантазий психически больных людей и т.п.

Потому есть необходимость хотя бы частично раскрыть эту тему максимально приближенно к учению святых Отцов и авторитетных подвижников Православной Церкви.

Однако христианство совсем не имеет своей целью сделать эту тайну такой явью, которая ответила бы на все вопросы нашей бесконечно любопытствующей души. Для человека, живущего здесь– это и невозможно сделать, и, большей частью, не полезно.

Невозможно — поскольку тотмир совершенно иной, и его нельзя выразить нашим языком. Очень показателен в этом отношении опыт пребывания тамапостола Павла, который единственно, чем поделился с братиями, это рассказом о том, « что он слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать»» (2 Кор. 12,4).

Неполезно — так как знание будущего может полностью парализовать свободу человека в важнейшей стороне его жизни – духовно-нравственной. Легко представить себе, как изменилось бы наше поведение, если бы вдруг мы точно узнали, что умрем через столько-то дней в таком-то часу.

Знание будущего налагает на поведение человека, не освободившегося от страстей и пристрастий, железные узы. Потому даже не всем угодникам Божьим открывался тот мир и время кончины.

И, напротив, не имея прямого знания о тойжизни, человек оказывается вполне свободным в своей духовной и нравственной жизни здесь, свободным в выборе одного из двух основных воззрений на проблему проблем: верыв Бога и вечную жизнь личности или верыв ее вечную смерть.

Не случайно Христос сказал апостолу Фоме: « ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны невидевшие и уверовавшие» (Ин. 20,29). Ибо вера является самым верным показателем характера духовных запросов человека, их направленности и чистоты. И. В. Киреевский точно и ясно выразил эту мысль: « Человек – это его вера».

Загробное состояние человека – прямой плод его стремлений и деяний в этойжизни. Но плод не по закону воздаяния, а по закону совести.

Об этом прекрасно пишет в своих наставлениях преподобный Антоний Великий: «… мы, когда бываем добры, то вступаем в общение с Богом — по сходству с Ним, а когда становимся злыми, то отделяемся от Бога — по несходству с Ним… грехи наши не попускают Богу воссиять в нас, с демонами же мучителями соединяют»[1].

Ведь и будучи христианином, о Христе можно лишь рассуждать, развлекаясь богословствованием, фактически не веря Ему и исключая Его из всей своей жизни. Как верно подмечено: «О жизни мудрствуют, а жизнью не живут».

Духовное становление и совершенствование личности происходит перед лицом искушений, действия страстей, не редко, тяжких сомнений.

Эти терниянеобходимы человеку в земной жизни, ибо они открывают ему самого себя, смиряют его, делают способным к познанию необходимости Христа Спасителя и через это получению царственного достоинства чада Божия.

Не случайно Отцы говорили, что если бы не было бесов, то не было бы и святых. « Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11,12).<\p>

*

ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЯТОМУ ИЗДАНИЮ

Это издание включает в себя некоторые новые материалы, которые касаются главной темы человеческой жизни — ее перехода из времени в вечность. Человеческому сознанию непредставима вечность. Но и время непонятно.

Апокалипсический ангел « клялся Жив у щим во веки веков, Который сотворил небо и все, что на нем, землю и все, что на ней, и море и все, что в нем, что времени уже не будет» (От. 10: 6). Как это времени уже не будет? — Не знаем.

Древнегреческий философ Платон, пытаясь понять время — одно из самых загадочных явлений нашей жизни, в каком-то глубоко интуитивном его восприятии утверждал, что оно есть лишь движущийся образ вечности. Действительно, время само по себе для человека представляет нечто странное, алогичное.

Народная мудрость выразила это в остроумном афоризме: часы идут, дни бегут, годы летят. Кажется, всё должно бы быть наоборот. Но нет, именно таково оно время — какое-то «ненормальное» по отношению к нашему сознанию.

Живет человек и точно знает, что конец будет. Но точно также он знает (правда, не умом, а сердцем), что конца его жизни не будет.

Вечность присутствует в душе, с ней душа рождается, с ней и переходит в нее! Почему так? Всё по той же причине, что эта наша жизнь уже является началом Жизни, уже ее преддверием, и сама смерть — лишь неким необходимым порогом при входе в тотмир, где подобных иллюзий уже не будет.

Святые называли наш мiр жизни льстецом и обманщиком, обманывающим своей кажущейся вечностью, не имея таковой. Обманывает он всех тех, кто замкнулся на мiре, кто видит смысл своей жизни в том, что неминуемо отнимется. И это изъятие будет тем тяжелее и страшнее, чем больше человек прирастет к земле.

Тогда разрыв с мiром будет проходить по живому, принося человеку тяжкие страдания. Не м и р — творение Божие — называли Отцы м i ром. » Слово м i р , — говорил св. Исаак Сирин, — есть имя собирательное, обнимающее собою то, что называется страстями». «И когда в совокупности хотим наименовать страсти, называем их м i ром«[2].

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=222577&p=3

Профессор А. И. Осипов «посмертная жизнь души» Беседы современного богослова Даниловский благовестник, 2006 г

Профессор А.И. Осипов «ПОСМЕРТНАЯ ЖИЗНЬ ДУШИ»

Беседы современного богослова

Даниловский благовестник, 2006 г.

 

О Тех, кто жив иной жизнью

 Набрано А. Смирнов golden-ship.boom.ru Кто не наблюдал в Пасху, как вереницы людей тянутся на кладбища, на родные могилы? И хотя этот обычай – вместо храма в Светлое Христово Воскресение идти на кладбище – утвердился в советские времена (у православных есть особый день пасхального поминовения усопших – Радоница), знаменательно, что почему-то и люди не церковные стремятся помянуть своих усопших именно в светлые дни победы над смертью. Им хочется верить, что родные люди остались с ними, что они живы. Все они конечно же живы – но живут иной жизнью, не той, которой живем мы с вами сейчас, но той жизнью, к которой мы придем в свой срок, да и все рано или поздно придут. Поэтому вопрос о той – иной – жизни, которая является жизнью вечной и которую мы празднуем, отмечая Пасху – Воскресение Христово, особенно близок для нас, он касается не просто нашего ума, но, может быть, в большей степени касается нашего сердца.

Близко нашему сердцу и хорошее слово, которое звучит в храме, — «усопшие». Слыша его, хочется думать не о конце, а о некоем сне. Как же это слово отлично от той терминологии, которую мы слышим вне церковных стен! И конечно же всегда возникает вопрос: а что там?! Нет таких людей, которых бы это не интересовало.

Что происходит с человеком, когда он умирает? Что бывает после отделения души от тела? Конечно, мы имеем некоторые представления и часто даже соблюдаем православные традиции. Принято, например, поминать усопших на 3-й день, на 9-й, на 40-й.

Но о том, что именно происходит в эти периоды, у многих, даже церковных, людей представления весьма приблизительные. Слышали мы, что каждый человек проходит по мытарствам.

Но что это такое? Ведь наверняка это нечто иное, чем описания, которые мы можем почерпнуть в популярных брошюрах…А еще более серьезный вопрос: кто спасается? И что значит «спасается»? Спасаются ли одни христиане, только православные? А из православных лишь те, которые жили праведно? То есть спасается только какая-то одна сотая или тысячная доля процента человечества, а все прочие люди погибают? А какой мучительный, самой жизнью поставленный вопрос: спасутся ли или погибнут навечно все те, кто по каким-либо причинам (например, по историческим, психологическим, каким-то другим) не смог принять христианство? А вот еще один вопрос, который возникает, когда мы прикасаемся к теме посмертного состояния души: что такое геенна и вечные муки? Они действительно вечные, в смысле – бесконечные? Как сочетать: с одной стороны- предведение и любовь Божию, которая превосходит всякое человеческое разумение, а с другой – наличие вечных мук? Вот какие интересные стороны, оказывается, у очень простого на первый взгляд факта поминовения усопших. На самом деле тема жизни души после смерти глубоко таинственна и неисчерпаема. Мы коснемся здесь лишь некоторых, отмеченных выше ее аспектов, которые, по-видимому, небезынтересны для очень многих.

^

Вероятно, многие помнят евангельскую притчу – о человеке, у которого удался необычайно богатый урожай. По-видимому, он и до того жил неплохо, но на сей раз, ввиду особого изобилия урожая, стал рассуждать, что ему делать с таким богатством. И решил – ни больше ни меньше – как сломать свои старые житницы, построить новые и после этого зажить как следует.

Ешь, мол, пей, веселись, душа моя(1)!Очень красноречиво сказано! Действительно, о чем только и мечтает человек в течение всей земной истории? О том, как бы дожить до такого состояния, когда можно будет сказать своей душе: ешь, пей, веселись, всего у тебя полно!

Читайте также:  Отпевание усопших в церкви, заочное. отпевают ли некрещеных, самоубийц

Но чем завершаются эти мечты богача? С ним происходит то, о чем он (как, можно сказать, и все мы) не думал и думать не хотел. Бог произносит суд о нем: «Безумный! В сию ночь душу твою возьмут у тебя» (Лк. 12;19). Не просто сказано: ты умрешь (и это было бы страшно), — но возьмут (по-церковнославянски выражение точнее: «истяжут») душу твою. И дело даже не в том кратком промежутке времени («в сию ночь»), который отделил мысли и мечты этого богача от момента, когда душу истягнули из его тела. Этот момент для нас может быть измерен каким-то более или менее долгим промежутком времени: часами, днями, месяцами, годами. Но на самом деле все это – миг. Ведь каждый из нас прекрасно осознает, что его предшествующая жизнь прошла как сон – не важно, сколько ему сейчас лет – 20, 40, 60, 90. Время – это какая-то удивительная, странная, я бы сказал, вещь: кажется, и есть оно – и в то же время нет его. Недаром еще древние греческие мудрецы говорили: настоящего нет, так как оно моментально проходит, прошедшего не существует, поскольку оно уже прошло, будущего нет – поскольку оно еще не наступило. А что же есть, что наступит для нас за мигом земной жизни?

Увы, приговор евангельскому богачу: «истяжут душу твою» — произносится над всеми теми, кто смысл своей жизни видит только в одном: ешь, пей, веселись, душа моя.

Но смысл жизни может и другим быть. Тогда, по-видимому, и смерть будет носить иной характер. Но что такое смерть? Этот вопрос неотвратимо приходит к каждому человеку. Особенно, когда уже сам возраст напоминает об этом. Но очень часто он встает и в молодости.

Из-за невозможности найти на него ответ нередко возникают трагедии. Сейчас очень много случаев, когда люди кончают жизнь самоубийством – именно из-за кажущейся им бессмысленности жизни.

Причем самоубийства охватывают все возрасты начиная с самого юного – среди самоубийц есть даже дети 10, 11, 12 лет, а порой и того меньше. Это поразительное явление сейчас наблюдается и в России, и за рубежом. Например, в Соединенных Штатах около 1.5 процента всех смертей – самоубийства.

 1.              «И скажу душе моей: душа! Много добра лежит у тебя на многие годы: ешь, пей, веселись» (Лк. 12;19)

^

Так что же такое – смерть? Все народы об этом задумывались. Все религии об этом говорят. Конечно, каждая по-своему.Если обратимся к истории дохристианского религиозного сознания, то увидим множество различных вариантов описания смерти.

Но надо сразу сказать – то учение, которое по этому вопросу имеется в христианстве, никогда и нигде не встречалось прежде – ни в религиозно-философских построениях, ни в религиозном сознании.Что же говорили о смерти наши далекие предки?

Особенно интересны представления египетской религии.

Уже в египетской «Книге мертвых» (ее название буквально переводят как «приход из дня»), которая была написана около 2000 года до нашей эры, мы находим много размышлений, молитвенных возношений богам о том, какой будет видеть себя душа там, что с ней станет.

Душа взывает к богам, взывает к духам – взывает с тем, чтобы не оказаться в таком положении, когда она может подвергнуться каким-то тяжелым ударам, страданиям, бичеваниям, то есть оказаться в состоянии еще худшем, чем сама смерть.

Ибо вот какой страшный приговор объявляет бог Гор осужденным: «Грозные мечи покарают ваши тела, ваши будут истреблены, ваши тени истоптаны, а ваши головы – изрублены. Не восстанете! Будете ходить на голове! Не поднимитесь, ибо попали в свои ямы! Не убежите, не уйдете! Против вас – огонь змея, «Того – Который – Сжигает – Миллионы»! богини с ножами> зарежут вас, расправятся с вами! Никогда не увидят вас те, кто живет на земле!». Но, согласно этой книге, душа может и спастись и стать как бы божеством(1).

Нечто подобное мы видим и в тибетской «^ », которая, правда, имеет значительно более позднее происхождение – она была записана где-то около VIII века нашей эры. Здесь мы видим другие мотивы, которые навеяны буддистскими, а вернее сказать, брахманистским индуистским учением.

Смерть рассматривается здесь как ступень в эволюции или, напротив, деградации души, выражающейся в соответствующей форме перевоплощения. По одному из буддистский сказаний, Будда перевоплощался 215 раз и кем только не был (кроме, правда, женщины), прежде чем наконец стать озаренным.

Здесь тоже присутствует идея, если хотите, своеобразного спасения от смерти – однако не просто мифологическая, как в «Книге мертвых» Египта, — но глубоко обманчивая для человеческой психологии, откладывающая, как правило, на завтра все то, что трудно и не хочется делать сегодня.

Духовно-нравственное совершенствование – это подвиг борьбы с собой. А, как известно,

«Бой с самим собой –

Есть самый трудный бой.

Победа из побед –

Победа над собой» (Ф. Логау).

Идея же перевоплощения подсознательно ориентирует человека на «бой с самим собой» в неопределенном будущем, особенно если здесь неплохо живется. При этом сама цепь перевоплощений фактически не имеет конца – это бесконечное число смертей и рождений.

И хотя по тибетским представлениям некоторые могут достичь состояния так называемой мокши (освобождения), когда остановится процесс перевоплощений, но очень немногие люди, по учению тибетской «Книги мертвых», достигают конечной цели. По крайней мере, таких счастливчиков, как Будда, который «всего» 215 раз перевоплощался, единицы.

Удел же большинства, повторяю, бесконечность непрекращающихся перевоплощений.Идею перевоплощений, почти без изменений, взяла и теософия. Однако эта идея не имеет под собой никаких серьезных обоснований.Во-первых. Если бы имело месть перевоплощение, то у каждого человека была бы какая-то память о предыдущих состояниях.

В противном случае обессмысливается основной аргумент данной теории о необходимости многократных воплощений личности с целью полного ее очищения от грехов. Локк, английский философ XVIII века, справедливо заметил, что если нет памяти о прежнем воплощении, то нет и тождества личности, нет, следовательно, и перевоплощения, а есть простое рождение нового Я.Во-вторых.

Нет фактов, подтверждающих эту идею. Приводимые же исключительные случаи так называемых «воспоминаний» о предшествующих воплощениях имеют совсем иную природу. Это:или внушение, которому особенно легко поддаются люди так называемого медиумического склада (прежде всего дети, женщины);или непроизвольное самовнушение;или телепатические воздействия (см., напр., архиеп.

Лука «Дух, душа и тело»);или психические заболевания;или прямые бесовские воздействия, беснования;или проявление так называемой генетической памяти, которая может при некоторых условиях воспроизводить в сознании впечатления и переживания предков, воспринимаемые человеком как свои собственные.Любопытные факты встречаем мы и в представлениях, например, греческой мифологии, в греческой религии.

Древние греки понимали посмертное состояние человека или как некую призрачность, нереальность, или как состояние неизмеримо худшее, нежели любая земная жизнь. Так, у Гомера в «Одиссее», например, есть весьма красноречивые характеристики состояния человека в царстве Аида. Вот как Ахиллес «богоравный» жалуется Одиссею:

«^

Лучше б хотел я – живой, как поденщик, работая в поле,

Службой у бедного пахаря хлеб добывать свой насущный,

Нежели здесь над бездушными царствовать, мертвый»(2)

Еще более интересно посмертное состояние Геракла – этого великого героя древнегреческой мифологии. Сам он находится на Олимпе, на пиру у богов, и в то же время его дрожащая тень с напряженным луком в руках пребывает в Аиде. Одновременно на двух полюсах! Для отца Павла Флоренского эта совершенно необычная мысль Гомера явилась одним из элементов в его оригинальной эсхатологической концепции.

О чем говорят эти удивительные фантазии? С одной стороны, о том, что древние греки глубоко чувствовали реальность того мира и неуничтожимость души человеческой, верили, что есть оно, это посмертное состояние. С другой – совершенно не зная, какое оно, строили всевозможные догадки, предположения, создавали, как видим, красочные мифы в попытках осмысления этой проблемы.

И, нужно отдать должное, некоторые из них не просто очень интересны, но и смогли глубоко выразить идею посмертного воздаяния. Достаточно вспомнить муки Тантала, Сизифов камень, бочки Данаид и т.д.Ту же самую картину можно видеть и во всех других дохристианских религиях.

С одной стороны, интуитивное чувство бессмертия и отдельные факты, подтверждающие его (явления умерших, их точные предсказания и предупреждения и т.д.), с другой – полный туман в представлениях о том мире. И так – на протяжении всей истории человечества.Даже если мы обратимся к такой книге, как Ветхий Завет, то и здесь найдем нечто подобное.

До книг пророческих в нем находим утверждения, что человек, вернее, душа его засыпает после смерти, а то и умирает.

То есть весь человек, а не только тело, обращается в прах после смерти! И только пророки, особенно великие пророки, начинают говорить о том, что душа по смерти не исчезает, не умирает и даже не засыпает, но испытывает страдания или радость в зависимости от земной жизни человека; пророки говорят даже о всеобщем воскресении(3). Это наибольшее, что было открыто дохристианскому человечеству.

Но все народы и все религии, хотя и по-разному, говорят о посмертном состоянии человека. Мысль о полном уничтожении личности со смертью тела встречается очень редко. 

  1. «Египетская книга мертвых».
  2. Гомер. Одиссея. Пер. В. Жуковского Изд. «Просвещение». С. 325. XI, 487-491
  3. См. А.И. Осипов. Ветхозаветная религия. Путь разума в поисках истины. М.

    Издательство Сретенского монастыря. 2004.

А что общее?Но есть и нечто общее, что роднит искания людей всех времен и взглядов. Это непреодолимая психологическая трудность поверить в то, что нет жизни после смерти. Человек не животное! Жизнь есть! И это не просто предположение или ни на чем не основанная вера.

Есть огромное количество фактов, которые свидетельствуют о том, что, оказывается, жизнь личности продолжается и за порогом земного бытия. Поразительные свидетельства мы находим повсюду, где только остались литературные источники. И для всех них по крайней мере один факт был неоспорим: личность после смерти живет.

Личность неуничтожима!

Замечательна в этом отношении книга, изданная у нас в России незадолго до революции, в 1910 году. Она, я бы сказал, не оставляет никаких сомнений в реальности того, что там сообщается. Автор ее К. Икскуль описывает то, что происходило с ним самим. И названа она по-особенному – «Невероятное для многих, но истинное происшествие».

Главное в ней – простое описание того, что происходит в пограничной ситуации, которую мы называем – между жизнью и смертью. Икскуль, описывая момент своей клинической смерти, рассказал, что сначала он испытывал тяжесть, какое-то давление, а потом вдруг ощутил свободу. Но, увидев отдельно от себя свое тело и начиная догадываться, что это его тело мертво, он не потерял осознания себя как личности. «В наших понятиях со словом «смерть» неразлучно связано представление о каком-то уничтожении, прекращении жизни, как же мог я думать, что умер, когда я ни на одну минуту не терял самосознания, когда чувствовал себя таким же живым, все слышащим, видящим, сознающим, способным двигаться, думать, говорить?»(1)

В других случаях происходят иногда вещи и крайне тяжелые для души. Один из реанимированных (лучше сказать, даже не реанимированных – этот человек без врачебной помощи вышел из состояния клинической смерти) рассказал, что он слышал и видел, как родственники, едва остановилось его сердце, начали спорить, ссориться, ругаться из-за наследства.

На самого покойника никто не обращал никакого внимания, даже не говорил о нем – он, оказывается, уже никому не был нужен (словно усопший – вещь, достойная только того, чтобы ее выбросить за ненадобностью), все внимание было обращено на деньги и вещи.

Можете себе представить, какова же была «радость» всех тех, которые уже поделили его немалое наследство, когда этот человек вернулся к жизни. И каково ему самому было теперь общаться со своими «любящими» родственниками.Но не в этом суть дела. Важно то, что во всех случаях сознание умершего не прекращалось! Прекращаются функции тела.

А сознание, оказывается, не только не умирает, но, напротив, приобретает особую отчетливость и ясность.

О подобном посмертном состоянии говорит множество фактов. Сейчас вышло очень много литературы, касающейся этого вопроса. Например, книга доктора Моуди «Жизнь после смерти».

В Америке она вышла огромным тиражом – 2 миллиона экземпляров были проданы буквально в первый же год или два. С такой скоростью мало какие книги расходятся. Это было своего рода сенсация, книгу восприняли как откровение. Хотя подобных фактов всегда было достаточно, но их просто не знали и не замечали.

К ним относились как к галлюцинациям, к проявлениям психической ненормальности человека. Здесь же врач, специалист, окруженный коллегами, говорит о фактах, и только фактах как таковых. К тому же он человек, в общем-то, довольно далекий от религиозных взглядов.

Анри Бергсон – известный французский философ конца XIX века – говорил, что мозг человека напоминает чем-то телефонную станцию, которая не вырабатывает информацию, а только ее передает. Информация приходит откуда-то и передается куда-то. Мозг является только передаточным механизмом, а не источником сознания человека. Сегодня огромнейшая совокупность научно достоверных фактов полностью подтверждает эту мысль Бергсона. 1.               К. Икскуль. Невероятное для многих, но истинное происшествие. «Троицкий цветок». 1910. № 58.

Источник: http://www.userdocs.ru/pravo/13963/index.html

Древние египтяне и их понятие о жизни вечной

Так считали жители многих древних цивилизаций населявших нашу планету. Но не будем скрывать, что в культуре Древнего Египта эта тема раскрыта как нельзя лучше и глубже.

Когда изучаешь историю этой древней цивилизации по книгам и фильмам, складывается мнение, что вся их жизнь была зациклена на страхе не получить  жизнь вечную. Но если внимательно все изучить и сопоставить факты, то можно сделать вывод, что египтяне не боялись, а ЗНАЛИ.

У них были исконные знания о предназначении человека, о его истинной природе и цели в жизни.

Без преувеличения можно сказать, что почти все памятники египетского искусства говорят нам о временности земного бытия и не просто намекают, а в открытую заявляют о существовании мира Бога. Кстати, египетская религия, по сути своей, является генотеизмом.

Она признает единого Предвечного Бога, который в процессе творения плодит огромное количество богов, и все эти боги в совокупности являются сущностью этого предвечного  божества.  Но почему-то за все время существования древнеегипетской цивилизации изображение этого Бога встречалось не более двух десятков раз.

Напрашивается вопрос, кому было выгодно скрывать информацию о Едином Боге?

В этой статье тезисно описываются основные правила и принципы жизни древних египтян. Чтобы еще раз убедиться в гениальности и с другой стороны простоте этой древней цивилизации и сделать для себя окончательный судьбоносный выбор.

Египетская концепция предполагала, что срок жизни человеческой сущности длится миллионы лет и земная жизнь, это маленький фрагмент этого колоссального существования человечества. Кстати, в древнем Египте не было понятия ада.

По их верованиям специальное существо Амимит с телом льва, гиппопотама и головой крокодила уничтожало способность этого существа воспринимать, чувствовать, видеть, то есть, по сути, личность теряло шанс попасть в мир Бога.

И до следующего вселенского цикла личность пребывает в состоянии небытия.

По мнению египтян в человеке (личности) остается неуничтожимая частица (душа), но это пребывание в небытии в невозможности увидеть своих предков, богов, в невозможности стать спутником солнечного бога, согласно древним египетским текстам было самое страшное наказание. Никаких жаровен и чертей не было, это понятие  появилось гораздо позже в средневековье.

В 12 веке до н.э. появляются книга о загробной жизни Амдуат, книга сокровенного покоя, в которой подробно рассказывается о том как египтяне видели потусторонний мир.

Книга амдуат

В ней изображение духов хаоса, которых благие боги жгут, расчленяют, уничтожают, в великих чашах сжигают их сердца, и вот с этой концепции ранние христиане, жившие в гробницах (кельях), и почерпнули идею ада. Как видим, опять произошла подмена понятий, которая до сих пор держит людей в страхе.

Египетские тексты говорили о том, что жизнь человеческая, жизнь земная это маленький фрагмент Ахау, великого срока существования человеческой души.

И поэтому для древнего египтянина момент смерти, момент ритуала перехода — это некая необходимость, и нужно таким образом сделать этот переход, чтобы «полет» тонкой сущности прошел более легко.

Задача человека, о чем говорит книга мертвых, это отойти от своего земного тела и обязательно воплотится в Ах – божественный несущий свет дух, который будет достойным воссоединится с предками человека обитающими по ту сторону неба.

Внутри очень многих заупокойных текстов, боязнь потери души – страшна. Это описано в книге мертвых, но еще они встречаются в куда более ранних текстах, например в текстах пирамид. В знаменитом религиозном тексте 25 века до н.э.

говориться об испуге, что Ба (душа) не вернется; страшно, что функция человека не будет выполнена; испуг о невыполненном пути.У древних египтян было представление о, так называемых, муут или проклятых умерших.

Это умершие, которые как бы зависли между мирами, которые наносят вред богам и живым людям, в современной интерпретации это те же субличности.

А причиной этого состояния, по мнению египтян, было как раз не выполненное задание, не выполнена миссия, не выполненное предназначение. Для египтянина смерть, это переправа от жизни земной в жизнь вечную. В жизнь более значимую, в жизнь более наполненную для человека чувствами, возможностями выполнить свое предназначение и воссоединиться с миром предков.

Переправа в мир Бога. Книга мертвых.

Вот такие простые, незамысловатые истины о жизни дают более широкое представление о нашем существовании. Почему для древних египтян эти понятия были просты и естественны, и почему современный человек так все усложняет,  не воспринимая очевидного? Правду говорят, вся сложность простоте.

Подготовила: Марина Тарасенко (Украина)

Источник: https://rgdn.info/drevnie_egiptyane_i_ih_ponyatie_o_zhizni_vechnoy

1. Представление о смерти у разных народов в древности

Мы не любим думать и говорить о смерти и в повседневной жизни обычно избегаем этой темы. «Мы чувствуем, — пишет Р. Моуди, — по крайней мере, хотя бы подсознательно, что, сталкиваясь со смертью, даже косвенно, мы неизбежно становимся перед перспективой нашей собственной смерти».

Отношение людей к тайне смерти — двойственное: с одной стороны, хотелось бы вовсе не знать и не думать о ней, с другой стороны, мы пробуем, наоборот, всмотреться и проникнуть в тайну, чтобы лишить ее чуждости или враждебности. Стремление людей «освоить» феномен смерти, сделать его чем-то понятным и доступным в обращении проявилось в огромном множестве сказаний, мифов, ритуалов (похороны, оргии, жертвоприношения и т.п.).

Сегодняшних людей, как и далеких предков, смерть ставит перед тайной значения человеческой жизни, тайной незримого существования человеческой души, перед вопросом, что есть бытие и небытие.

Что же происходит с умершим человеком, его душой и телом? У древних и первобытных народов на этот счет имелись самые разнообразные представления. Рассмотрим некоторые характерные варианты.

В вавилонской религии представления о загробной жизни были довольно смутные. Считалось, что души умерших попадают в подземный мир и ведут там безнадежно унылое существование. Ни утешения, ни награды вавилоняне от потустороннего мира не ожидали, поэтому религия народов Месопотамии ориентирована на земную жизнь.

В Древнем Египте династической эпохи идеи потустороннего существования получили, напротив, гипертрофированное развитие. По египетским верованиям, когда умирает тело человека, продолжают жить его имя (рен), душа (ба), птицей улетающая из тела в небо, и, наконец, некий невидимый «кА», двойник человека, которому отводилась особая роль в посмертном существовании.

Участь ка после смерти зависит от участи тела. Ка может погибнуть от голода и жажды, если при погребении покойник не будет снабжен всем необходимым; ка может быть съеден загробными чудовищами, если его не защитят магические формулы. Если же об умершем как следует позаботиться и мумифицировать его или сделать его статую, то ка может намного пережить усопшего.

В Древней Индии брахманы (жрецы) учили, что душа не погибает вместе с телом, а переселяется в другое материальное тело. Какое новое тело получит душа — зависит от поведения человека в теперешней жизни, прежде всего от соблюдения правил своей касты.

Неукоснительно соблюдая эти правила, можно в посмертном перерождении воплотиться в человека более высокой касты, а за их нарушение можно не только оказаться в более низкой касте, но и обратиться в низшее животное.

Такой поток перевоплощений души называется в индийской философии и религии словом «сансара».

Представления древних евреев о загробной доле человека отображены в Ветхом завете. Они не вполне отчетливы — вероятно, потому, что древнееврейские пророки больше заботились и повествовали о благоденствии всего их народа в здешнем мире, чем о счастливом потустороннем существовании индивида. В текстах Ветхого завета представлены два основных взгляда на посмертную участь человека.

Согласно первому, личность после смерти погибает. Бог создал человека «из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни…» (Быт 2, 7). После смерти это дыхание жизни остается, представляя собой лишь безличную силу, общую всем людям и животным, оно возвращается к Богу, а личность как конкретная форма этого дыхания исчезает.

Правда, у приверженцев такого понимания смерти все же имеется некоторая надежда на воскресение духа в теле по воле Бога. Но, в общем, им представляется сомнительным загробное существование, и из этого следует пожелание: «Итак, иди, ешь с весельем хлеб твой, и пей в радости сердца вино твое, когда Бог благоволит к делам твоим.

Наслаждайся жизнию с женою, которую любишь, во все дни суетной жизни твоей. Все, что может рука твоя делать, по силам делай; потому что в могиле, куда ты пойдешь, нет ни работы, ни размышления, ни знания, ни мудрости» (Еккл 9: 7, 9, 10).

Согласно другому воззрению, содержащемуся в ветхозаветных писаниях, человеческая душа продолжает существование после смерти, но мир, в который она попадает, темен и безрадостен, это — страна «сени смертной и мрака», «каков есть мрак тени смертной, где нет устройства, где темно, как самая тьма» (Иов 10, 22).

У древних греков бытовали представления, похожие по тональности на те, что мы только что рассмотрели; слабые тени усопших обречены скитаться в загробном мире, покинутые и ничтожные. Греки называли людей смертными — в противоположность бессмертным богам, ведь посмертное существование человеческих душ представлялось совершенно призрачным и никчемным.

У славян довольно долго сохранялся патриархально-родовой строй, с характерным для него культом почитания предков. Душам предков полагалось обитать в раю. «Рай» — дохристианское общеславянское слово, означавшее нечто вроде прекрасного сада.

И поныне в белорусском и украинском языках сохранились слова «вырай», «вырий» — место, куда осенью улетают птицы и где обитают умершие. Слово «пекло» — тоже дохристианское, оно означало подземный мир, где горят души злых людей. Покойников подразделяли на две категории: «чистых», т.е.

умерших «пристойной» смертью, — их почитали и называли «родителями» безотносительно к возрасту и полу (до сих пор существует традиция «родительских дней»), и «нечистых», которых называли «мертвяками» (самоубийцы, утопленники, опойцы и т.п.).

Мертвяков боялись, полагали, что они могут вставать из могилы и вредить людям; чтобы помешать мертвяку выйти из могилы, труп пробивали осиновым колом, вбивали зуб от бороны позади ушей и т.д. Таким образом, по верованиям древних славян, после смерти могла сохраняться активность не только души, но и тела.

Далеко не у всех народов смерть воспринималась как печальное событие.

У некоторых, например у германцев (свевов), существовала вера в воскресение умерших, это позволяло им не бояться смерти; у них считалось, что воины, храбро павшие в битве, должны попасть в светлый дворец бога Одина — Валгаллу (Вальхаллу), где их ждут пиры и удовольствия.

А даки (северо-фракийские племена, жившие на территории современной Румынии) верили, что существование после смерти гораздо приятнее теперешней жизни, и потому встречали смерть радостным смехом, а рождение человека, наоборот, оплакивали.

Приведенные здесь основные варианты древнейших представлений о смерти оказали заметное влияние на мировоззрение последующих эпох. Черты изначальных образов, архетипов смерти видны в мировых религиях, философских учениях — от древнейших до современных.

Источник: http://psy.bobrodobro.ru/26777

Ссылка на основную публикацию